Устойчивые выражения – это поэтические миниатюры, воплощающие мудрость, вековой опыт и менталитет народа. Экспрессивная окрашенность и самобытность паремий выражается через образность значения и внутреннюю форму. Созданию образности способствуют параллелизм синтаксических конструкций, противопоставление и сопоставление, контрастность. По устойчивым выражениям можно судить об особенностях национального характера, общности и различиях разных народов. Достаточно интересным представляется проведение сопоставительного анализа узбекских и русских паремий с религиозной семантикой, связанных с отношением человека к его внутреннему миру и внешности.

Религиозную фразеологию и паремиологию можно понимать, как устойчивые выражения, происхождение которых обычно связано с религией, а также сформированы на основе религиозных источников, таких как Коран, Библия, Евангелие, Псалмы (Султонова, 2022; 56). В конце IX века более тесная интеграция узбекского народа с исламским миром, влияние учения Корана, распространение религиозно-суфийской литературы являются основными факторами обогащения узбекского языка устойчивыми сочетаниями с религиозной семантикой. Религиозная лексика составляет большую часть арабско-персидских заимствований узбекского языка. В данном исследовании при изучении происхождения и формирования религиозных фразеологизмов особое внимание уделено на важность изучения семантики и роли религиозных компонентов в формировании данных единиц, которые выполняют формирующую, объединяющую и дифференцирующую функции. Именно структурный анализ устойчивых выражений с религиозным (сакральным) компонентом позволяет выявить когнитивные стереотипы сверхъестественных сил, сформировавшихся в сознании носителей языка.

Религиозная фразеология в узбекском языке составляет огромный пласт лексики, и, как мы уже отметили, Коран является основным источником для большинства из них. В русском языке фразеологию Библии принято называть «библеизмом», а фразеологию Корана – «коранизмом». Опираясь на законы словообразования узбекского языка, мы считаем, что фразеологизмы, взятые из Корана, правильнее называть «кораническими фразеологизмами». Однако, как мы уже упоминали ранее, объектом нашего исследования являются не только фразеологизмы, взятые из священных текстов, но и все устойчивые соединения, имеющие отношение к религии в целом. Благодаря этому кораническая фразеология может использоваться как синоним религиозной фразеологии.

Таким образом, для определения историко-этимологических, структурных и контекстуальных особенностей религиозной фразеологии целесообразно использовать следующий метод анализа.

1. Определить значение фразеологизма по словарю.
2. Выявление религиозного компонента во фразеологизме.
3. Определение значения религиозного компонента с помощью толкового словаря.
4. Определение того, какие инструменты используются для создания религиозного образа.
5. Определить, какую национально-культурную информацию выражает данный фразеологизм.
6. Если во фразеологизме присутствуют слова неопределенной внутренней формы, определите их значение по этимологическому словарю.
7. Изучить контексты употребления с целью определения религиозного подтекста.

Разберем два фразеологизма по этому методу.

Мусонинг aлaмини Исодaн олмоқ.

1. Определить по словарю значение фразеологизма – действовать против невиновного, оставляя в стороне виновного (вариант: Aлининг aлaмини Вaлидaн олмоқ).
2. Выявление религиозного компонента во фразеологизме – 2: Моисей и Иисус (имя пророков).
3. Определение значения религиозного компонента с помощью толкового словаря. Моисей – пророк, упомянутый в Священном Коране, Тора была ниспослана из небесных книг (Умархўжаев, 2016; 111). Иисус – Иисус Христос (Иисус Христос) – один из пророков, имя которого упоминается в Коране. Пророчество пришло в возрасте тридцати лет. Есть еще имя Рухулла. Ему была открыта книга по имени Иджиль (Умархўжаев, 2016; 81).
4. Определение того, какие инструменты используются для создания религиозного образа – религиозный образ явно выражается через религиозные компоненты (Моисей и Иисус).
5. Определение того, какую национально-культурную информацию выражает данный фразеологизм – данный фразеологизм не выражает конкретной национально-культурной информации.
6. Если во фразеологизме присутствуют слова с неясной внутренней формой, определяющей их значение по этимологическому словарю - такого слова не существует.
7. Изучить контексты употребления с целью определения религиозного подтекста. Несмотря на наличие в этом словосочетании религиозного компонента, оно претерпело смысловую трансформацию, поэтому используется для жизненных ситуаций. Например: Мен Мусонинг aлaмини Исодaн олмоқчи бўлиб, бойвaччaдaн сўрaдим: “Бу итнинг сен билaн қaндaй aлоқaси бор эдики, сенинг исингни искaб келиб, бизнинг дaврaни булғaтиб ётди?” (С. Aйний. Судхўрнинг ўлими)

Рус. яз.: Ад кромешный.

1. Тяжелая жизнь, невыносимые отношения с кем-то. 2. Невыносимый шум, бунт, хаос.
2. Религиозный компонет – ад.
3. Ад – 1. В религиозных представлениях место, где души грешников заточены для вечных пыток. Муки ада (также переносный). 2. Переносный. Невыносимые условия, тяжелая ситуация; хаос и ужас. Душевный ад.

Кромешный – (церк. слaв.) – внешний, вне чего-либо, находящийся за пределами чего-либо.

4. Религиозный образ явно выражается через религиозный компонент, а также частично выражается с помощью слова кромешный церковно-славянский (устар.).
5. Данный фразеологизм не выражает конкретной национально-культурной информации.
6. Внутренняя форма фразеологизма – в Библии ад – это прежде всего место мертвых, место, которое нельзя посетить. «Отойду, – и уже не возврaщусь, – в стрaну тьмы и сени смертной, в стрaну мрaкa, кaков есть мрaк тени смертной, где нет устройствa, где темно, кaк сaмaя тьмa» (Иов 10:21–22). Однако понятие ад не означает только концепцию потустороннего мира, но и отражает двойственность (двуполярность) строения мироздания, входя в состав определенных антонимических пар: рай – ад, добро – зло, свет – тьма, небо – глубины земли, благочестие – греховность. Отсюда следует, что понятие ада связано с воображением как места всего негативного, наказания грешников, пыток и страданий.
7. Несмотря на ярко выраженные религиозные компоненты и религиозный образ в этом словосочетании, в нерелигиозных текстах оно претерпевает семантическую трансформацию. Например: Бывaют в «тёмном цaрстве» и тaкие случaи, что нерaзумные бедняки женятся нa бедных девушкaх… И тут-то нaчинaется aд кромешный. Н.A.Добролюбов. Тёмное цaрство (Дубровинa, 2010).

Музыкa кaфешaнтaнов, колокольный звон, …звонки конок, крики рaзносчиков, сущий aд кромешный. )Г.И.Успенский. Очерки переходного времени (Фёдоров, 2018).

Культурное своеобразие и национальная специфика мышления русского

и узбекского народов выражается через анализ лексических компонентов, синтаксической структуры, ритмической организации русских и узбекских устойчивых выражений, в которых специфическую роль играют языковые средства. В сопоставлении паремий различных этносов в первую очередь обращается внимание на характерные особенности значения и внутренней формы устойчивых выражений, на их ритмические, фонетические и структурные особенности, парадигматические связи, способ манифестации значения, своеобразие семантики лексических компонентов, входящих в структуру пословиц.

Лингвисты используют термины «внутренняя форма», «образное значение» в структурно-семантическом анализе устойчивых выражений сопоставляемых языков. «Внутренняя форма» подразумевает буквальное значение устойчивого выражения, состоящее из значений его элементов. Это может быть как с буквальным значением, так и с переносным. Это значение включает как собственно значение (денотат), так и оценочность, эмотивность (имманентное свойство языка выражать психологические состояния и переживания человека), экспрессию (дополнительную коннотацию) и является фразеологическим или паремиологическим значением. Сравнительное исследование «пословичной картины мира позволяет установить общие и различные черты в постижении мира разными народами» (Жуков, 2010; 5).

Сравнительный структурно-семантический анализ религиозных устойчивых выражений, выражающих соотношение внутреннего и внешнего содержания личности, показывает, что их семантико-фразеологическое пространство связано с концептом «характер человека». Неповторимое значение этого концепта обусловлено множеством факторов: геополитических, климатических, исторических и прочих; он аккумулирует в себе дух и культуру этноса и во многом способствует формированию культурнолингвистических констант.

Человек в языковой картине мира производит три разных вида действий: физические, интеллектуальные и речевые (Апресян, 1995; 39). Эти действия взаимосвязаны и влияют на формирование человеческого характера. Сопоставим русские и узбекские религиозные паремии, определяющие шкалу человеческих ценностей и взглядов касаемо религии и веры в Бога.

В семантическом анализе религиозных устойчивых выражений в качестве основных показателей можно взять следующие: 1) их содержание, которое представляет собой целое; 2) тип отношения их компонентов к действительности; 3) наличие значения предметности, характерного для ведущего компонента и особенности его соотношения со значением предметности фразеологизма; 4) наличие ассоциативного компонента в содержательном составе фразеологизма.

Вера в судьбу и рок смешивается в устойчивых выражениях с предопределением, с судом Божием: «Чему быть, того не миновать; все в мире творится не нашим умом, а Божиим судом; пешонага ёзганни кўз кўрар; Худони айтгани бўлади». Вера русских и узбекский людей во всемогущество Бога вела к преданности и покорности.: «На Бога положишься, не обложишься; Бог даст день, даст и пищу; дай Бог (даст Бог); умрини берган, ризқинихам беради; Худо/Аллох берса/хохласа». Но пословицы остерегали и от крайности, беспечности: «На бога надейся, а сам не плошай; Богу молись, а к берегу гребись; береженного и Бог бережет; ўзини асраганни худо асрайди; фолга ишонма, фолсиз юрма». Тем не менее, вера во всемогущество творца имела сильное влияние на семейный и гражданский быт, так что никакое дело не начиналось и не оканчивалось без Бога: «Без Бога ни до порога; Бисмиллоҳ билан бошла ҳар ишни».

Что касается структурной организации устойчивых выражений религиозного происхождения, то нужно отметить, что в их составе осным компонентом является Бог (Худо) в разных вариациях.

С компонентом единого Бога (Бог, Аллох, Худо): Дай Бог/Боже; страшен сон, да милостив Бог; на Бога надейся, а сам не плошай плошай; у Бога милости много; береженного и Бог бережет; Бог в помощь; Бог знает; Бог свидетель; Худо/Аллох берса/хохласа; Худо (Аллох) қўлласин/омадини берсин; Худо билади; Худо гувох и др.

Устойчивые выражения, в которых отсутствует компонент Бога, но религиозность отражается в семантике: не стоит город без святого, селение без праведника; постись духом, а не брюхом; в небо приходящим отказу не бывает; свет в храмине от свечи, а в душе от молитвы; грешному путь вначале широк, да после тесен; грех сладок, человек падок; дорого яичко ко Христову дню; пешонада ёзилгани бўлади; пешонага ёзганни кўз кўрар и др.».

Подводя итоги, можно сказать, что и в русских, и узбекских религиозных выражениях отражается вера в единого Бога и его волю, в предначертанную судьбу, а также в надежду на его милость. Структура показывает, что религиозные устойчивые выражения в основном содержат такие компоненты, как Бог (Господь, Аллох, Худо), а также другие религиозные компоненты, что является свидетельством того, что оба народа глубоко религиозны, ведь данные паремии очень часто употребляются носителями языка.

На основании структурно-семантического анализа религиозных устойчивых выражений фразеологии можно сказать, что данные единицы с религиозным компонентом составляет основную часть религиозного фразеологического и паремиологического фонда языка. Посредством семантического и этимологического анализа компонентов данных единиц с имплицитно выраженной религиозной семантикой можно обосновать их религиозную принадлежность. Устойчивые выражения, сформированные на основе наивных религиозных представлений и мифологии народа, а также суеверных воззрений, проявляют ассоциативную гармонию с религиозными воззрениями, а потому относятся к разряду религиозной фразеологии.

В последние годы на основе антропоцентрического подхода к лингвистике человек, языковая личность, изучается как центральный объект, который создает, модифицирует и адаптирует языковые знаки в соответствии с его личными характеристиками и качествами. Литературный язык, с другой стороны, должен существовать в формах, которые могут служить любому аспекту человеческой деятельности.